С приближением очередного уикэнда охотничьи планы как-то сами собой очистились от всей наносной и ненужной шелухи. Решено — снова едем в Городокский район. Ряды наших соратников несколько поредели. Оно и понятно — кого-то привязали к столице дела, кто-то потерял надежду и решил отдохнуть. Ну ничего, тем больше у нас с «дедушкой» Войтехом хищного азарта. Самые памятные и результативные охоты у нас получались, когда сподвижники теряли веру и называли наши охотничьи надежды невменяемо-авантюрными.
Но на этот раз нам предстояла увлекательная волчья разминка, организованная Кириллом Скачко. Он пригласил нас на офлаженную шестерку в Глубокский БООР.
В пятницу к 14 часам дня, мы спешно побросав все рабочие дела, оказались на месте. Нас дождались, хотя к приезду собралось уже человек сорок охотников. Краткий инструктаж — и на номера. Нам с Кириллом велено вооружится нарезняками и перекрыть близлежащее поле. Рекогносцировка на месте показала — задание у нас хоть и очень ответственное, но бесперспективное. А еще минут через двадцать ко мне вышли загонщики и заняли позиции перед стартом. Среди них Анатолий Владимирович — директор Глубокского БООРа и, соответственно, руководитель охоты. Договариваемся, что я сменю полевой номер на место в лесу. Так будет вернее.
Пройдя по чаще метров сто, я попадаю на классический волчий номер- ельник, ветровалы, буреломы…Только с нарезняком мне здесь делать нечего, видимость метров двадцать, не больше. Иду дальше. Начинается болото, сплошь поросшее сосняком, это уже лучше. Но здесь стоит номер. Местный парень радушно предлагает мне остаться здесь, а сам направляется в ельник, который мне так приглянулся. У него двустволка, там ему получше будет. Искренне благодарю коллегу.
Я залез на выворотень, удалившись от края флажков метров на пятьдесят, и погрузился в ожидание. Через четверть часа начались первые выстрелы, спустя еще несколько минут «отдуплился»соседний номер. А еще минут через пять в зоне моей видимости появился бегущий волк. Как я ни старался, никак не мог уверенно прицелиться по мелькающему между стволами силуэту. Еще мгновение — и волк скроется в густом ельнике, на границе которого я и стою. В последнем прогале решаюсь на выстрел — и хищник замертво падает в восмидесяти метрах от номера. Охота длилась еще около получаса. То тут, то там гремели раскатистые выстрелы. Пока выходили с номеров и собирались в кучу, стемнело. Как оказалось, пара матерых вышла из флажков еще ночью. Все оставшиеся в окладе хищники стали нашими трофеями. Поздравления, фотосессия, благодарности и «по коням». Ведь нам еще больше 200 км до Городокской резиденции.
И хоть я уже с трофеем, основные ожидания у меня связаны с охотой предстоящей. Ведь здесь, в Глубокском районе мы были городскими туристами. Нас дождались, поставили на номера и искренне поздравили с удачей. Но посмотрели мы только последний акт этого увлекательного спектакля. Именно посмотрели, мы в нем не играли. Мы не обнаружили свежие волчьи отпечатки на девственной пороше, не нарезали круги по лесу, пытаясь предугадать маршрут серых, не разматывали, обливаясь потом, волшебный шнур с красными лоскутами. Это когда-то давно, на заре охотничьей карьеры, мы считали себя состоявшимися матерыми волчатниками, когда на подобной охоте нам удавалось вовремя нажать на спусковой крючок. Как мы ошибались! Ведь тогда мы были не охотниками-волчатниками. Так, просто стрелками, причем далеко не всегда хорошими.
Суббота. Рудня. Утро. Разъезжаемся двумя экипажами. Войтех с Виталиком Перманицким, я — с Юрой Щетко. Не проехав и пару километров, упираемся в четыре строки волчьих следов на бумажном листе свежей пороши. Лапы на загляденье. Все XXL! На разбор ситуации времени много не ушло. Течная самка и три матерых кобеля вышли из поймы реки Ловать еще вечером, порезвились на дороге, истоптав ее вдоль и поперек и отправились в урочище Немцево.
За пару часов нам удалось объехать волков «по большому кругу». Потом с помощью, а точнее силами местных ребят Саши и Сергея принялись этот круг кроить, как в детской игре «ножики». К полудню место дневки хищников было локализовано в пятнадцатикилометровом периметре. И тут нас ждало новое испытание: дорога, которая должна была развалить очередной квадрат надвое была вдоль и поперек истоптана резвившимися здесь хищниками. Следов было очень много, причем разной свежести. Начиная от вечерних, заканчивая уже дневными, которые в мокрых местах еще даже не потянула пленка льда. Похоже серые ушли отсюда не позднее двух часов тому. Осталось понять, куда: налево или направо. Бросив дорогу, мы с Войтехом отправились вести подсчет на границу молодой лесопосадки и старого леса. Что бы не сбиться, пользуюсь старым способом, подсказанным когда-то «дедушкой». След налево- кладу палочку в левый карман, направо — в правый. На подсчет и аналитику убили еще час. Зато разобрались и к четырем были готовы флажить. Нас было шестеро, точную длину оклада мы не знали. Обычно в таких случаях следует мотать флажки из одной точки в противоположные стороны. Но у нас не было лишнего человека, который бы приехал нас забрать, а топать несколько километров по глубокому снегу с некрепким настом обратно к машинам ой как не хотелось.
Поэтому мы разъехались в противоположные углы и пошли против часовой стрелки. Каждый из нас оставил ключи от своей верной Тойоты в укромном месте, предоставив возможность другой команде ей воспользоваться. С приходом густых сумерок наш фланг распустил четыре катушки, а к Войтеха машине так и не вышел. Пришлось идти к ней вхолостую за оставленной в багажнике резервной бабиной. Уставшие ноги гудели, пот пропитал всю одежду насквозь, а душа волнительно трепетала в предвкушении предстоящей охоты. На фоне усталости показалось, что одной катушки никак не хватит закрыть оставшуюся брешь. Это подтвердил и подтянувшийся Саша Гудок. Отдав ему катушку, я отправился в Рудню за «добавкой». На пятьдесят километров пути ушел почти час. В пол-восьмого я снова на месте. Здесь меня ожидает сюрприз — той самой катушки хватило впритык. На Сашином лице место оптимистичной улыбки заняла маска изможденности, на Юру и вовсе было жалко смотреть. Еще сегодня утром он пел соловьем, как интересна волчья охота, сожалея, что столько лет игнорировал этот увлекательный процесс. Сейчас Юра проклинал серых, нашу авантюрность, и торжественно обещал впредь ходить в лес только за грибами. Он признался, что последний час вперед его толкал только страх того, что он упадет и нам придется тащить его из лесу на себе.
Собравшись в доме, спешно затопили печки, переоделись в сухое и поужинали. Тело умоляло поскорее занять горизонтальное положение и провалиться в сон часов на восемь. Но не тут-то было! Дедушка Войтех требовал продолжения и поставил наш малочисленный коллектив «в ружье»! Мы ехали на ночную охоту «на вабу», увольнительную получил только находившийся в состоянии скошенной травы Юра.
Ночная охота запомнилась только выскочившим прямо перед движущейся машиной и поскользнувшимся на льду волком, по которому, увы, стрельнуть так и не получилось, и открытием новой функции охотничьей треноги. Оказывается это не только упор для дальней стрельбы, но и вполне надежная конструкция, позволяющая спать в вертикальном положении. Горизонтальное положение было подарено телу только в три часа ночи. А в начале одинадцатого мы были на исходной. К нашей команде присоединился скромный коллектив должностных лиц местного БООРа.
Всего оказалось семь стрелков и три загонщика. Очень мало на семь километров оклада, что говорить. Директор хозяйства Юрий Михайлович пытается мобилизовать проживающее поблизости местное население. Через сорок минут приезжают еще три стрелка и мы идем расставляться на номера. Со мной еще четверо. Хорошие номера определены еще вчера и поэтому муки выбора отсутствуют.
Первым остается егерь Сергей Новик. Ему караулить заходные следы. Следующим заболоченную пойму ручья остается охранять Юрий Михайлович. Следующим номером планирую стать сам, еще вчера спинным мозгом ощутил перспективность небольшой горочки на границе черноольшанника и елового леса. Правда топать туда еще почти две катушки. Придя на место, сбрасываю куртку и жилет, ставлю ружье. Сейчас быстро отведу ребят и вернусь. Но тут подходит местный парень, из тех, что приехали позже. От него валит пар, как от паровоза, в глазах мольба. «Больше не могу, сейчас сдохну»- выдыхает он. По глазам вижу — не врет. Делать нечего, оставляю его на позиции, а сам, собрав скарб, топчу дальше. Следующим становится Виталик. Номер, по-моему, самый блатной. Под снегом четко угадывается старая волчья тропа. Только вот стоматологическим буром мозг сверлят подлые сомнения: прошли уже почти два километра а нигде волчьих подходов к флажкам я так и не увидел. И только оставил Виталика, как наткнулся на оные. На последующих трестах метрах весь снег был утоптан, словно у хищников здесь была дискотека. Ура! Мы не ошиблись, оклад не пустой!
На вытоптанной волками площадке устраиваю номер себе любимому. Особой надежды на личную удачу нет, слишком хорошо изучили хищники за ночь этот участок. Чего греха таить, похоже и к Виталику не сунутся. Хотя чем черт не шутит, из каждого правила есть исключения. Загон начался. Через минут десять одиночный выстрел Юрия Михайловича грохочет сладким бальзамом. Значит все было не зря! Еще через десять — дуплет с того самого «моего» номера. Спустя полчаса, уверенно скользя лыжами по уже весеннему насту ко мне выходит Саша Гудок. Сегодня, впрочем как и всегда, он загонщик. Подводим промежуточные итоги. Директор с четырех метров положил здоровенного матерого, местный охотник стрелял по паре и добыл самку.
Саша уходит гнать дальше, а я спешно меняю место на незапачканное нашими запахами и разговорами. Еще через полчаса звонит Саша. Двое матерых после стрельбы рванули через флажки. Один через номер Сергея, пока тот исполняя егерские функции разбирался с результатами предыдущих стрельб, второй через один из верных номеров, на который банально не хватило стрелков. Как было не вспомнить добрым словом наших одноклубников, коим накануне были отправлены соответствующие приглашения. Не откликнулся никто — видно у всех за плечами богатая волчья коллекция и просто стрелками уже быть неохота.
Смотав за час флажки, мы собрались все вместе. Поздравления, фотографии на память, благодарности. На этот раз в наш с Войтехом адрес. Приятно…И пусть у нас не останется на память об этой охоте очередных шкур и черепов, все равно мы будем ощущать общую причастность всего небольшого коллектива к добытым сегодня трофеям. А стрелки молодцы, не подкачали…
p.s. Заканчиваю писать сию статейку в пятницу и очень тороплюсь. Уж простите за сбивчивость и грамматику. Из Рудни звонили, там свежая пороша выпала, а значит нам снова туда, за порцией новых приключений…
Богуш Дмитрий
